ЦКР Центр Коррекции Речи
Москва +7(495)960-60-04 ►Запишитесь на Skype-консультацию◄

3. Дрожащий или толчкообразный гортанный спазм #11.

Под этим наименованием мы опишем один из весьма характерных видов заикания, который состоит в том, что речь внезапно прерывается, заменяясь на короткое время дрожащим звуком, похожим то на блеяние овцы или козы, то на легкое судорожное покашливание, то на другие звуки или шумы, характер которых нелегко передать словами. Это явление было наблюдаемо многими авторами. Этот вид заикания часто проявляется в такой сильной степени, что пациент в течение нескольких минут не в состоянии произнести ни одного слова и только издает глухой прерывистый звук, напоминающий собой длинный ряд глухих э. Это заикание с замкнутой голосовой щелью: при этом слышатся вместо гласной отрывистые неясные звуки, даже разделенные отдельными промежутками звуки, похожие на стон, ворчание, кряхтение.

Перейдем к клиническому описанию этого вида заикания. Существенный характерный признак его состоит в том, что вместо звуков речи, стоящих на очереди, появляются короткие, дрожащие, прерывистые звуки или шумы весьма различного фонетического характера, можно сравнить со звуками козы, с кряхтеньем, ворчаньем, лаем, скрежетом, хрюканьем, звуками трещотки и т. п.

Каков бы ни был характер этих звуковых явлений, они не имеют ничего общего со специфическими артикулированными звуками и обыкновенно наблюдаются при более или менее открытом отверстии рта, при бездеятельности губ и при покойном положении языка на дне полости рта — вообще при полном отсутствии артикуляторной работы. Эти звуки чрезвычайно разнообразны по своему фонетическому характеру. Они бывают то громкие, то шепотные, то ясные, то носовые, и столь различны по своим свойствам, что нелегко могут быть исчерпаны описанием. Для нас прежде всего важно знать, что эти звуки или шумы все, без исключения, имеют гортанное происхождение — что вполне очевидно с первого взгляда.

Входя в анализ этого явления по существу, мы прежде всего должны отметить два главных момента: слышимый голос является то в форме быстро следующих друг за другом перерывов, то в виде колебаний в интенсивности или силе, следовательно, в виде дрожащего голоса. Какие условия служат источником обоих звуковых явлений? Как дрожащий, так и прерывистый топос наблюдается в качестве явления физиологического. Для объяснения дрожащего голоса возможны два предположения: или колеблется самая сила экспираторного толчка при неизменных условиях вокальной работы, или же, наоборот, сила экспирации остается на той же высоте, а вокальная работа, напротив, претерпевает некоторые модификации.

Ларингоскопические наблюдения показали, что при дрожащем голосе имеет место вторая вероятность, а именно: при каждом содроганий голоса пирамидальные хрящи немного подаются назад, надгортанный хрящ подвигается вперед, а гортанная щель шире раскрывается. Число подобных дрожаний голоса в секунду равно 12—18 для сопрано и 8—10 для баса. Совершенно иные условия лежат в основании прерывистого голоса. Перерывы могут произойти следующим образом: 1) прекращением экспирации; 2) внезапным полным раскрытием голосовой щели; 3) внезапным смыканием ее. Какой из этих случаев имеет место на самом деле? Явления прерывистого голоса столь характерны, что дают возможность с положительностью ответить на этот вопрос.

Все звуки при этой форме заикания, будут ли они громкие или шепотные, ясные или носовые, с артикуляторной окраской или без нее — все они в громадном большинстве случаев кажутся для уха отчетливо и резко прерываемыми, хотя нередко они представляют собой ряд необыкновенно быстро сменяющихся звуковых явлений. Большей частью они не имеют гармонического характера, лишены звучности, аспирированы, и при том начало всякого отдельного звукового толчка сопровождается характерным шумом покрякивания, похожим на тот звук, какой наблюдается, если стараются произносить любую гласную при сильном напряжении экспирации; его также можно сравнить с тем звуком, которым обозначается начало выдоха после долгой задержки дыхания, при сильном напряжении брюшного пресса.

Короче говоря, мы имеем здесь характеристический гортанно-растворный звук, и это дает нам полное право заключить, что прерывистые звуки, о которых идет речь, вызываются рядом быстро следующих сомкнутий гортанной щели. Ларингоскопическое наблюдение гортани при искусственном преднамеренном подражании этим звукам дает картину плотного сомкнутая гортани. При медленном следовании звуков легко заметить, что всякому прекращению звука, т. е. всякой паузе отвечает подъем гортани и высокое стояние ее, и наоборот, вслед за появившимся звуком гортань быстро опускается вниз; таким образом, здесь наблюдаются те же отношения, которые мы подробнее разбирали при описании смыкательной гортанной судороги.

Все это приводит к заключению, что прерывистый голос в описываемой форме заикания есть результат целого ряда быстро следующих друг за другом сомкнутой и открываний гортани, которые являются в виде судорожных, совершенно непроизвольных движений. Мы здесь имеем постоянный переход от прерывистого голоса к дрожащему. Частота, с которой следуют друг за другом перерывы или колебания голоса, весьма различна.

Иногда звуки слышны в виде резких, отчетливых, медленных и легко сосчитываемых ударов, но большей частью они довольно скоры. Число отдельных ударов тоже различно: изредка они появляются в самом ограниченном числе, например два-три отдельных удара, но большей частью они многочисленны. В одних случаях прерывистые звуки бывают вполне громкими, в другой раз являются в виде совершенно глухих, шепотных шумов, наконец, в иных случаях они носят носовой характер и совершенно напоминают блеяние овцы или козы. Носовые звуки получаются при сомкнутых губах, но это сомкнутое не имеет никакого судорожного характера. Если же отверстие рта остается полуоткрытым, то получаемые таким образом звуки несколько напоминают собой обыкновенные гласные звуки.

Мы говорим — напоминают, потому что тут никогда не бывает специфических артикулированных звуков, равно как не бывает определенных положений артикуляторных органов. Если иногда получается звук, близкий по своему фонетическому характеру к известной гласной, то это явление случайно. Впрочем, эта сторона вопроса требует более подробного анализа, и потому мы рассмотрим, какое влияние имеет дрожащая голосовая судорога на дыхательный и артикуляторный аппарат.

Деятельность дыхательного аппарата всегда является довольно строго координированной с деятельностью аппарата вокального: обыкновенно напряжение брюшного пресса соразмерно с препятствиями, предоставляемыми гортанью.

Что касается влияния дрожащего гортанного спазма на аппараты артикуляторные, то прежде всего необходимо отметить тот особенный факт, что судорога обыкновенно наступает во время артикуляции гласного звука. Как бы разнообразны ни были картины, представляемые этим видом судороги, но больной всегда легко выговаривает согласные звуки, как губные, так и язычные, и только те звуки, которые образуются в гортани, представляют затруднение и служат ближайшим толчком к заиканию.

Эта особенность достаточно показывает, что появление приступа заикания связано скорее с вокальными, нежели с артикуляторными движениями. И в самом деле, это совершенно справедливо; исключение составляют только тяжелые случаи заикания, в которых, как это обыкновенно бывает, приступ заикания вызывается не только гласными, но и всякими другими звуками. Какова бы ни была исходная точка судороги —- она внезапно приостанавливает и устраняет все артикуляторные движения до такой степени, что остатки или следы их с трудом можно уловить наблюдением на лице или в языке заикающихся.

Вследствие этого фонетическая окраска слышимых звуков лишена артикуляторной специфичности; в этих звуках трудно найти какое-либо сходство с той гласной, на которой начался приступ и которая должна была бы слышаться до некоторой степени, если бы хотя что-либо оставалось от прежних артикуляторных движений, если бы эти движения хотя отчасти продолжали существовать, как то наблюдается, например, при дыхательной судороге. Там все-таки в звуках, сопровождающих судорожные движения, можно узнавать еще оттенки звуков прерванного слова.

Но при описываемой судороге весьма редко можно уловить какой-либо гласный звук. Правда, некоторые звуки с известной натяжкой можно сравнить с звуками ааа, ээээ и т. д., но во всяком случае эти звуки большей частью не имеют ничего общего с теми звуками произносимого слова, которые стояли на очереди в момент наступления судороги, так что независимость их от текущей артикуляторной работы довольно очевидна. Такой вывод еще более подтверждается тем фактом, что у каждого заикающегося существуют свои собственные, раз навсегда усвоенные звуки, которыми обязательно характеризуется всякий приступ заикания, каковы бы ни.были звуки речи, на которых приступ начался.

Для большей простоты изложения мы оставили пока не разъясненным вопрос относительно границ судорожной сферы при дрожащей гортанной судороге. Возвратимся к этому предмету. На первом плане стоят здесь судорожные движения внутренней гортанной мускулатуры; они относятся к двум различным категориям судя по характеру слышимых звуковых явлений. В самом деле, в приступе судороги слышны то громкие звуки голоса, то шумы так называемого шепотного голоса. Первые, как известно, даются ритмическими колебаниями упругих голосовых связок, напряженных как струны, а вторые зависят от неправильных сотрясений голосовых связок, которые остаются не напряженными, лишенными упругости и только механически пошатываются проходящим воздухом. Громкие звуки исходят от музыкальных колебаний голосовых связок, а шепотный шум обязан своим происхождением трению воздуха, проходящего быстро через узкую голосовую щель.

К судороге внутренней гортанной мускулатуры чаще всего присоединяется судорога мышц подъязычной связки. Совместное сокращение верхних и нижних мышц этой связки производит опускание нижней челюсти с более или менее широким открытием рта наподобие пасти. Это явление представляет одну из самых характерных картин заикания, издавна обращавшую на себя внимание. Несмотря на частоту нижнечелюстной судороги в ряду других симптомов заикания, она оставалась чрезвычайно мало разъясненной. Все авторы совершенно ошибочно ставят ее в связи с лицевыми судорогами. От проницательного взгляда этого наблюдателя не ускользнул факт постоянного и близкого соотношения между этой судорогой и определенными расстройствами в деятельности голосового аппарата.

Нижнечелюстная судорога чаще всего является в форме сильного опускания нижней челюсти с широко открытым ртом — картина, при которой с полной отчетливостью можно наблюдать положение языка. Что касается лицевой мускулатуры, то в частых случаях она свободна от судорог. Опущение нижней челюсти совершается, по-видимому, исключительно за счет сокращения верхних и нижних отделов мышц подъязычной кости, т. е. мышц, соединяющих подъязычную кость с подбородком с одной стороны и грудной костью с другой. Как бы ни была сильна судорога, в ней не принимает никакого участия ни подкожная мышца шеи, ни собственная мускулатура языка.

Отношения становятся сложнее в тех более редких случаях, когда нижняя челюсть является не только опущенной, но и сдвинутой в сторону; тут уже, по-видимому, в судороге участвуют и другие мышцы нижней челюсти, кроме подъязычно-челюстных. Характер звуков, наблюдаемых при дрожащей гортанной судороге, не зависит существенным образом от положения нижней челюсти. Звуки остаются теми же и сохраняют все свои главные свойства и особенности и лишь незначительным образом изменяют свой оттенок, а именно при сильном опущении нижней челюсти звуки более напоминают собою гласную а, при боковом смещении челюсти они напоминают э, при отсутствии же челюстной судороги при сомкнутых губах звуки получают носовой характер.

Такое сочетание движений по своему составу и по внешнему виду картины напоминает то откидывание головы назад с открытием рта, какое наблюдаем, например, у лающей собаки или у мычащей коровы.

Резюмируя все сказанное нами о дрожащей гортанной судороге, мы приходим к выводу, что она имеет весьма близкое сходство и соотношение с голосовой судорогой. • При той и другой поражается внутренняя и внешняя гортанная мускулатура и мускулатура экспираторно-вокальная, другими словами, поражаются все отделы вокального аппарата. При описании вокальной судороги мы обрати ли особое внимание на так называемые ”шейные судороги” и убедились на многих примерах, что далеко не все шейные мышцы участвуют в судороге, а только мышцы, служащие для фиксирования и установки гортани, а равно и мышцы экспираторно-голосовые; подобным образом и при дрожащей гортанной судороге мы нашли те же отношения и убедились положительно, что судорогой поражаются только мышцы, имеющие отношения к голосовой функции. Это с очевидностью обнаруживается, например, в том факте, что подкожная мышца не принимает участия в опускании нижней челюсти, производимом общей судорогой внешней гортанной мускулатуры.

Все эти факты окончательно устанавливают аналогию между вокальной и дрожащей гортанными судорогами. И та и другая представляют собой координированные судороги голосового механизма — судороги, охватывающие все отделы этих механизмов. Разница проявляется в одном: вокальная судорога является в виде длительного напряжения мускулов, а дрожащая, наоборот, представляет ряд более или менее быстро следующих судорожных ударов, но место судороги в обоих случаях тождественно.

Этим мы заканчиваем изложение судорог голосового аппарата и переходим к изложению судорог в сфере артикуляторных механизмов.

Глава III. Судороги в области артикуляторных механизмов #12



Copyright © Dictor.ru: Дрожащий или толчкообразный гортанный спазм, клиника

Логоневроз на Rambler's Top100